Маргарет Лэйрд провела в Африке больше 40 лет. Она пошла работать в христианскую миссию совсем юной девушкой, уехала на черный континент, как миссионерка-медсестра. Это было в 20-х годах прошлого века. Ей посчастливилось увидеть, как Господь спасал сотни тысяч людей… Сегодня мы расскажем вам всего лишь об одном эпизоде рождения новой Африки.

 

ДОРОГА

 

Отплыли мы из Франции. До западного африканского побережья корабль шел 28 дней. Потом несколько дней пути по пыльным дорогам вглубь континента до города Сибут. Здесь мне предложили переехать в Бангасу и открыть там французскую школу для взрослых.

 

Еще 12 дней пути. Местные носильщики несли на головах мой багаж, а я ехала на велосипеде. Казалось, этому путешествию не будет конца. Когда мы, наконец, увидели Бангасу, силы мои были на исходе. Мечтала о постели, о том, что упаду и буду спать хотя бы сутки. Но… миссионеры, приютившие меня, в первый же вечер сказали:

 

- Маргарет, завтра  у тебя встреча с важными французскими чиновниками.

 

НОЧЬ

 

Я так устала в дороге, что должна была уснуть замертво. Так мне казалось. Но ничего не вышло. Уже через минуту я поняла, что попала в ночь ужасов. До рассвета на улицах жутко вопили сотни людей, крики, вспышки огня, барабанный бой. Никогда в жизни не слышала такого страшного шума! Домучившись до утра, я поинтересовалась - что это было?

 

- Ночь полнолуния, - спокойно ответили миссионеры. – Еще две ночи племя будет танцевать на могиле султана Бангасу. Это у них, как… поминки.

 

- Не понимаю… Зачем танцевать у могилы?

 

- Бангасу был великим султаном, Маргарет. Одной фразой это не объяснить. Нам пора ехать. Будем проезжать мимо его могилы, ты все увидишь сама.

 

МОГИЛА

 

Происходящее казалось мне очень странным. Не поминки, а карнавал какой-то: ночами танцуют и бьют в барабаны в поселке и на кладбище.

 

Когда мы подъехали к могиле султана, я удивилась еще больше. Представьте себе не могилу, а огромную залитую бетоном площадь. Как автостоянка перед большим магазином. В центре - железный штырь в форме спирали. Трава вокруг бетона вытоптана еще на сотню метров.

 

- Зачем они забетонировали чуть ли не поле? – спросила я. – Чем больше надгробная плита, тем богаче умерший?

 

Объяснение миссионеров заставило меня ужаснуться:

 

- Понимаешь, в этой могиле захоронен не один человек. Когда султан умер, все его 300 жен были похоронены вместе с ним. Заживо! Обычай такой. Еще в могилу султана положили мешки с рисом, земляными орехами, корзины с мясом… Великий султан ни в чем не должен нуждаться во время долгого путешествия в загробный мир.

 

Я была потрясена. Триста заживо похороненных женщин! Трудно поверить, что все это было на самом деле.

 

- Жены султана многие годы жили с ним на положении рабынь, – продолжали объяснять миссионеры. - С ними обращались, как с животными. Женщины султана не имеют ни власти, ни голоса. Они – всего лишь часть султанских утех и инкубатор для вынашивания следующего султана. Когда их муж умер, у них не было выбора. Каждая знала, что будет сопровождать покойника в потусторонний мир.

 

- Зачем же они выходили замуж за этого человека?

 

- Никто их согласия не спрашивал. Когда султан брал каждую из них в жены, ее родителям был дан выкуп - несколько коз. Для семьи это большая честь и… возможность не голодать.

 

СУЛТАН

 

В форте, встречаясь с французскими чиновниками, я не удержалась и завела разговор о пережитой безумной ночи. Говорила, конечно, и о могиле Бангасу.

 

- Мы не одобряем того, что делают африканцы, - объясняли мне. – Но за несколько лет никому не изменить культуру и традиции, которые укоренялись столетиями. Да, здесь есть очень дикие обычаи, но… в общем, они неплохие люди. Не думайте, что все вокруг - свирепые варвары. Султан Гетман, сын умершего султана, недавно возвратился из Европы. Познакомьтесь с ним. Вы поймете, что Африка уже не та. На следующей неделе у нас будет прием в честь молодого султана. Приходите и вы.

 

Через несколько дней я пришла на званый обед в честь Гетмана. Напротив меня за столом сидел человек, мать которого была заживо похоронена в числе трехсот жен султана Бангасу. К моему удивлению, Гетман оказался довольно приятным человеком. Он исколесил всю Европу, замечательно владел французским. Молодой султан свободно чувствовал себя за великолепно сервированным столом: он безошибочно пользовался столовыми приборами в полном соответствии с правилами французского этикета. Весь вечер Гетман вел себя настолько уверенно и непринужденно, что, глядя на него, трудно было поверить, что он - наследник варварских обычаев своего народа.

 

По традиции, Гетман мог иметь множество жен. Он мог потребовать, чтобы люди кланялись ему, припадая к земле. Но все 30 лет своего правления молодой султан был полной противоположностью своему отцу. У Гетмана была одна жена. Христианка! Она своей любовью и верой повлияла на султана так, что он нашел в себе мужество ломать вековые традиции своего народа. Гетман тратил огромные деньги на обучение христиан-проповедников, на распространение Евангелия по всему краю, которым он управлял.

 

 В 1960 году его пригласили в столицу страны, город Банги, работать в новом правительстве. Султан оказал большое влияние на события, которые привели к независимости страны. По всей Центрально-Африканской Республике шла молва об удивительной христианской жизни султана Гетмана.

 

НИКАКИХ ЯЗЫЧЕСКИХ ОБРЯДОВ!

 

Султану было чуть больше пятидесяти, когда он серьезно заболел.

 

- Болезнь неизлечима, - сказал врач. - Жить вам осталось очень недолго.

 

Узнав об этом, Гетман позвал жену и рассказал ей о том, как семья должна исполнить его последнюю волю:

 

- На моих похоронах не должно быть никаких языческих обрядов. Никаких! Ничего из того, что было на похоронах моего отца. Ты знаешь, что приедут члены правительства и высшие чины из Банги, соберутся тысячи людей со всей округи. Не нужно оплакивать меня. Не нужно произносить хвалебных речей. Я хочу, чтобы на моих похоронах проповедовалось Евангелие.

 

Гетман сам выбрал гимны, которые должны были петь на его похоронах. Сам выбрал проповедника, известного в Африке евангелиста, который должен был проповедовать у могилы. Сам расписал по минутам часы богослужения, которое, по сути, и должно было стать церемонией похорон.

 

ПРОСТИ НАС, ГОСПОДИ!

 

Желание султана было исполнено. На его похоронах, длившихся около трех часов, у обычной могилы и расположенного здесь же помоста для проповедника, толпились более трех тысяч человек. На почетном месте стояли президент страны, министры, члены парламента, генералы… Проповедник так говорил о жертве Иисуса и о Божьей любви к африканскому народу, что еще задолго до призыва к покаянию сотни людей начали выходить вперед. Они становились на колени, желая принять Иисуса Христа, как своего Спасителя.

 

У могилы султана стояла его супруга. Никто не вспомнил о том, что она должна лечь в землю вместе со своим мужем. Никто не нес к яме мешки с рисом или корзины с мясом. Все понимали – происходит что-то, что изменит всю их будущую жизнь. Что-то, в чем кроется великая сила. Сила любви, сила, дающая власть над страхом и смертью. Люди понимали, что их султан нашел дорогу, которая приведет народ к тому, к чему пришел сам Гетман. Дети пойдут учиться в школу, мужья не будут измываться над своими женами, в городе построят детские сады, больницы, фабрики. Оказывается, со сменой традиций меняется весь уклад жизни. В соседних провинциях люди по-прежнему умирают от голода и болезней. В соседних провинциях почти все дети и взрослые безграмотны. Там один врач на десять тысяч людей. Там безразличие к жизни, жестокость, разврат, смерть… Там людям тоже нужен Иисус! Им нужны христиане-миссионеры, которые расскажут о Божьей любви и научат любить ближнего. Научат читать, писать, работать, собирать на полях большие урожаи, выращивать скот… Всему этому Иисус научил султана Гетмана. И Гетьман остался благодарным Христу не только до смерти, но и после ее – до мгновения, когда его холодное тело покрылось землей. Прах стал прахом, но дух султана, уходя к свому Богу, зажег огонь в тысячах людей, которые поверили своему вождю и Иисусу, которого он назвал своим Господином.

 

…Над султаном поднялся могильный холм. Но никто не хотел расходиться. Повторяя за хором, тысячи людей пели об Иисусе. Кто-то поднимал руки к небу, кто-то опускался на колени, кто-то плакал…

 

Африканцы еще не один год говорили о том, как сильно отличались похороны султана Гетмана от похорон его отца.

 

ОТ РЕДАКЦИИ:

 

Когда мы называем себя европейцами, в этом есть доля превозношения: мы, мол, цивилизованная часть Земли. Но давно ли мы были дремучими язычниками? Читаем о традициях дикарей и даже не вспоминаем, что не так давно наши обряды были такими же дикими.

 

Вспомните историю нашей земли. Скифы отсекали верхнюю часть головы убитого врага и выедали из нее мозги, пока те были еще горячими. А пили «горькую» скифы так, что однажды просто пропили свою власть и величие. Сарматы на пире напоили скифских царей «до свинячьего визга» и зарезали всех спящими. После той пьянки Скифия, которая тысячу лет устрашала всех соседей и не была покорена даже персами великого Дария, уже не поднялась. Ушла в историю, оставив потомкам разве что курганы с золотыми украшениями «славных» царей.

 

Когда монахи Кирилл и Мефодий шли из Византии на наши земли, они хорошо понимали, что идут к дикарям, от которых всего можно ожидать. Разрозненные племена славян поклонялись камням, деревьям, солнцу… Враждовали, убивали, воровали детей и женщин, грабили, насиловали…

 

Чтобы дикари-славяне могли узнать Божьи заповеди любви, Кирилл и Мефодий придумали для нас алфавит, научили нас читать и писать, подняли первые славянские церкви. Думаю, на наших землях им приходилось сталкиваться и с такими вождями племен, как африканский султан Бангасу, и с такими, как султан Гетман. Они наверняка видели, как в жертву своим богам славяне-язычники приносили не только животных или пленников, но и детей.

 

Все это, слава Богу, в прошлом. Хотя… хватает и современной дикости. «Цивилизованные» американцы и европейцы льют на нас с экрана телевизора все то же насилие, разврат, все виды воровства от примитивного до изысканного. Печальное наследие язычества. Кто сильнее, тот и прав. Кто тупее, тот и давит. Кто наглее, тот и гребет под себя. Язычество, которое ухитряется вертеть свою карусель в странах, уже несколько столетий называющих себя христианскими.

 

Кто ты? Ты только называешь себя христианином, или ты на самом деле христианин? Ты знаешь, кто такой Иисус Христос, или ты только видел Его на иконе и кое-что слышал о Нем? Ты знаешь, что Пасха – это жертва за грехи, или пасха для тебя -  свежий сладкий кекс? Ты знаешь, что Пасхой (жертвой за мои и твои грехи) стал Иисус, распятый на кресте Голгофы, или ты до сих пор не понимаешь, что случилось на том кресте в Иерусалиме?

 

Кто ты? Язычник, прикрывающийся маской христианина, или в твоем сердце все-таки есть Божий свет?

 

Я зову тебя мир сострадания, терпения и любви. В мир Бога, сотворившего небо и землю, сотворившего даже тебя в утробе твоей матери. Делая шаг в этот мир, каждый из нас пережил примерно то же, что переживали и люди у могилы султана Гетмана. Прошлое остается в прошлом… От будущего с Богом ожидаешь чего-то совершенно иного – радостного, светлого, счастливого. Я сделал этот шаг 12 лет назад. Ни на секунду не пожалел об этом. Ни на миг! Сила человека не в мускулах и жестокости. Наша с тобою сила в способности понимать и любить! Эту способность дает только Бог! Он любит тебя настолько, что готов был пойти на мученическую смерть ради того, чтобы сейчас ты произнес эти слова. Скажи так:

 

«Господи! Я не много знаю о Тебе. Но я понимаю, что Ты нужен мне, что я никогда не буду счастлив, если не найду источник любви в моем сердце. Выведи меня к свету. Прости все мои грехи! Я верю, что Иисус Христос приходил на эту землю и умер на кресте Голгофы, жертвуя собой ради моего спасения. Он вырвал меня из лап греха и смерти. Он вместо меня опустился в ад, но на третий день воскрес, лишая смерть власти надо мною и над всеми, кто уверует во Христа. Иисус, я принимаю Твою жертву. Я признаю Тебя моим Господом и Спасителем! Избавь меня от зла. Избавь от всего того, что делает меня язычником, безбожником, жестокосердным. Я хочу быть частицей добра в моем городе, в моем народе, на нашей земле. Частицей добра, света и любви…»

 

Сергей МИРНЫЙ